Кукушкин Евгений - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Ильин Андрей

300 лет спустя - 03. Слово дворянина


 

Тут выложена бесплатная электронная книга 300 лет спустя - 03. Слово дворянина автора, которого зовут Ильин Андрей. В электроннной библиотеке adamobydell.com можно скачать бесплатно книгу 300 лет спустя - 03. Слово дворянина в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или читать онлайн книгу Ильин Андрей - 300 лет спустя - 03. Слово дворянина без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой 300 лет спустя - 03. Слово дворянина = 221.66 KB

Ильин Андрей - 300 лет спустя - 03. Слово дворянина => скачать бесплатно электронную книгу



300 лет спустя – 03

OCR Владимир: budav@nvu.xmuvd.ru
«Андрей Ильин. Слово дворянина»: ЭКСМО; Москва; 2005
ISBN 5-699-09575-6
Аннотация
Императрица Елизавета Петровна отправила посольство в Персию, к грозному Надир-шаху. В том посольстве поехал и Яков Фирфаниев, чтобы сокровища персиянские по высочайшему распоряжению скупить. Да так случилось, что влюбился. Только не в простую персиянку, а в любимую жену самого шаха. В такую переделку попал, хуже не бывает. Что сделать, чтобы голова с плеч не слетела, да еще после мучений жутких?.. В 1918 году Мишелю Фирфанцеву все-таки попроще: ходит он по большевистским «коридорам власти» и рассказывает о сокровищах царской «рентереи», которые исчезли неведомо куда. То он у Троцкого, то у Сталина, то у Дзержинского. То анархисты его чуть не убьют, то опять большевики арестуют, правда, по ошибке. А сокровищ все нет и нет. Вроде бы след один выискался, надо только за ниточку потянуть. Когда же тайна наконец откроется?.. И в наши дни Мишель-Герхард-фон-Штольц, он же Мишка Шутов, к той же тайне подходы ищет — круглыми днями сидит в архиве. И архивариус там симпатичная — Светлана Анатольевна. Да еще дедушка у нее — академик Анохин-Зентович, кладезь ценных знаний. Только как-то так получилось, что академик убит, а Мишель-Герхард-фон-Штольц у него в квартире оказался. На орудии убийства — отпечатки его пальцев да в кармане депутатский значок академика. Вот так дело...
Андрей Ильин
Слово дворянина
OCR Владимир: budav@nvu.xmuvd.ru
Глава I
— Апчхи! — громко сказал Мишель-Герхард фон Штольц.
— Будьте здоровы! — пожелала ему здоровья архивариус.
— Буду! — пообещал ей Мишель-Герхард фон Штольц. Потому что относился к своему здоровью бережно, памятуя, как дорого стоит в Европе лечение.
И, обернувшись, восхищенно замер.
Хм!..
Странно, но он почему-то всегда считал, что архивариусы — это исключительно старые, толстые тетки отвратительной наружности, облаченные в серые мешковатые костюмы покроя пятидесятых годов прошлого века. А эта была совсем иной — была очень даже ничего — молоденькой, фигуристой, обаятельной и в очках.
— Апчхи! — вновь громко сказал Мишель-Герхард фон Штольц.
— Будьте здоровы! — вновь откликнулась, не отрывая глаз от какого-то толстенного талмуда, девушка-архивариус.
— Я и так здоров — здоровей не бывает! — заверил ее Мишель. — Это все ваша пыль!..
И лишь теперь, опустив на нос круглые очки, девушка взглянула на него. Не без интереса.
Посетитель был странен. Довольно молодой — хотя обычно к ним приходили сплошь дядечки преклонных лет, которые писали докторские диссертации по поводу внешности Вещего Олега или покроя исподнего белья Екатерины Второй. Безупречно отутюженный и ослепительно белый костюм выглядел слегка сероватым на фоне идеально начищенных белых туфель.
Господи, да кто же заявляется в архив в белом?!
— Не ожидал в столь скучном месте встретить столь очаровательное создание, — выразил свое восхищение современными архивариусами Мишель-Герхард фон Штольц, церемонно поклонившись.
Девушка зарделась.
— Я могу вам чем-то помочь?
— Всем!..
И кто бы мог подумать, что Мишелю-Герхарду фон Штольцу придется проводить лучшие годы своей жизни в пыльных хранилищах архивов, среди полок, заставленных папками с делами давно минувших лет... Да только иначе было нельзя! Так вот странно вышло, что разобраться в хищениях в Гохране можно было, лишь взглянув на них через призму веков. Именно туда вели все концы.
И начал Мишель-Герхард фон Штольц с самых истоков.
— Вот, пожалуйста, — подала ему архивариус какую-то распечатку.
— А оригинала у вас нет? — простодушно спросил Мишель-Герхард фон Штольц, не глядя на предоставленный ему документ, потому что во все глаза смотрел на архивариуса.
— Ну что вы! — всплеснула руками девушка. — Они находятся в особом хранилище, за семью замками.
— А нас не пугают замки, — многозначительно сказал Мишель-Герхард фон Штольц. — Нет крепостей, которых бы мы не брал и!..
Первый документ был аж восемнадцатого века!
С трудом продираясь сквозь древний шрифт с завитушками и ятями, Мишель-Герхард фон Штольц прочел:
«Божьей милостью, мы, Петр Первый, Император и Самодержец Всероссийский, сего дня одиннадцатого, месяца декабря 1719 года, повелеваем учредить при Камер-коллегии особую канцелярию, дабы восстановить надлежащий в хранении государству прилежащих вещей порядок, премного заботясь об их сохранности...»
И было тех вещей — «государево яблоко, драгоценными каменьями усыпанное, корона, скипетр, ключ да меч, и положено им надлежит быть в особую комнату, что Рентереей зовется, в обитый железом сундук с тремя замками, коим по одному быть надлежало у Камер-Президента, Камер-Советника и Царского Рентмейстера, и когда торжественное какое действие случится: то Президенту с двумя Камер-Советниками идти в Рентерию и оный сундук отпереть, и надлежащие такие к государству вещи вынать и через двух Камерных Советников к Царскому двору отсылать; а после бывшего торжества взяв, велеть оные паки в Рентерею сохранить».
Как видно, и тогда на Руси воровали, коли пришлось сундук на три замка запирать, тремя разными ключами! Но как разумно-то! Мудр был царь Петр, понимал народ русский, знал, что всяк, кто при сокровищах окажется, непременно вором станет, хоть голову ему после того руби, но что трое воров никогда не сговорятся, так как поделить желанный барыш не смогут!
Нет бы и теперь всякий «государев» сундук так же хранить, по три, а лучше по сто ключей раздавая! Но нет, не хотят нынешние государственные мужи такого устройства заводить, а всяк норовит от врученных ему богатств единственный ключ иметь, да при одном только себе его держать! И нет на них, злодеев да казнокрадов, управы — нет царя Петра и плахи с топором!
Вздохнул Мишель-Герхард фон Штольц да новый лист раскрыл...
Тяжела архивная работа, ничуть не легче, чем с бандитами на кулачках биться, — к вечеру не разогнешься, так тело болит, а перед глазами мельтешня из писанных гусиным пером буковок да печатей. Но делать-то что? Идти туда — не знаю куда, чтобы найти там то, не понять что? Так он ходил уже...
Хватит! Теперь, прежде чем пойти, он должен уяснить, куда пойти и что там искать!
— Так что у вас там еще по этой, как ее, рентерее есть?..
Глава II
Ненастно на улице — в каминной трубе метель волком воет, в стекло снег колотится, будто пальцами из темноты скребется кто. От этого, от звуков этих, видно, и проснулся Карл.
А может, от иного — от того, что приснилась ему ныне Анисья, душа его ненаглядная. Стоит в сарафане, посреди сада, глядит с прищуром, улыбается, а на голове венок из цветков полевых желтеньких да синеньких. И вроде помнит Карл, что нет ее, что утопилась она, как тятенька ей сказал, что Карла на плацу шпицрутенами до смерти забили, — а вроде и есть — вон стоит, вся солнышком облитая, его к себе пальцем манит и тихо смеется.
— Иди ко мне, друг любезный Карлуша!.. Жутковато Карлу — ведь покойница его к себе зовет!
А все ж таки хочется подойти, упасть в ноги, обнять Анисью, прижать к себе.
А тут еще кто-то его в бок толкает навстречу ей. Обернулся Карл, а это не кто-нибудь, а батюшка его покойный Густав Фирлефанц, в платье иноземном и при голове, хоть Карл сам видел, как ее топор палаческий смахнул и как покатилась она с плахи под ноги народу праздному!
— Ну чего стоишь? — спрашивает отец. — Ступай, она ведь жена тебе!
И уж так хочется Карлу пойти, да не может он — ноги будто к земле приросли.
— Не могу я, батюшка! — говорит он.
А Анисья его все к себе манит, все зовет.
— А коли не можешь, то боле тебе ее не видать! — кричит, сердится батюшка, ногой оземь стуча.
Испугался Карл да проснулся.
А как проснулся — и впрямь услышал, будто стучит кто.
Да не снег в окно, а кто-то в дверь.
— Ну чего там?.. Кого нелегкая принесла? — крикнул Карл да, накинув халат, вниз пошел.
Никаких злодеев он не боится — на тот случай у него пистоли имеются. Что ему злодеи, когда он, в солдаты отданный, на турецкие штыки ходил да весь так изранен, что живого места нет!
Спустился.
Внизу, на лестнице, Прохор стоит, к двери ухом приложившись. Слушает.
— Чего там? — спрашивает Карл.
— Кажись, по вашу душу, — отвечает Прохор.
— Ну так открывай, чего медлишь? Прохор сбросил засов, распахнул дверь. За дверью посыльный офицер.
— Извольте, Карл Густовович, теперь ехать во дворец. Императрица Елизавета Петровна вас к себе требуют-с.
С императрицей не поспоришь.
— Прошка!
— Ага, барин!
— Прикажи, чтоб закладывали экипаж! Да поспешают пускай!
— Будет исполнено, барин!
Давно уж не было, чтобы Карла средь ночи поднимали. Видно, дело какое-то особое. Знать бы какое?.. Коли зовут к трону, никогда не скажешь вперед, зачем и что за сим может последовать — новые милости или каторга. Иные, бывало, и голов лишались...
Собрался Карл — переодевшись, надушившись и парик надев — да и поехал. До дворца путь неблизкий — чего только не передумаешь. Отец Карла — Густав Фирлефанц, подобно ему, при рентерее состояв, с самим царем Петром дружбу водил, за одним столом сиживал, из одного кубка вина пил, да все одно плахой кончил. Кто высоко залетел — тому больно и падать!..
Подкатили к крыльцу. Карла уж ждали.
— Следуйте за мной! — пригласил караульный офицер.
Солдаты почтительно расступились, взяв под козырек. Пошли по бесконечным лестницам, переходам и залам. Не куда-нибудь — в покои императрицы, чего не всякий удостаивается.
Встали пред дверью.
— Обождите здесь.
Офицер скрылся за дверью, но скоро вернулся. Распахнув дверь, с полупоклоном отшагнул в сторону.
— Императрица Елизавета Петровна ждут-с вас! И верно — ждала... Императрица Всея Руси!
— Заходите, любезный друг.
Встав, пригласила Карла идти за собой, проследовав в гардеробную, где хранились ее платья. Впереди шли, держа в руках подсвечники с горящими свечами, слуги. Миновали одну комнату, другую...
Вот она, зала, куда редко кто из посторонних попадает. Вдоль стен стоят привезенные из Европы шкафы да сундуки. В шкафах — платья. Великое множество — поговаривают, что поболе пяти тысяч, хотя кто их считал?.. Любит императрица хорошо одеваться, бывало, полдня пред зеркалами проводит, примеряя привезенные из Парижа да Вены обновы. Вот и теперь, проходя мимо венецианского, в рост, зеркала, приостановилась, мельком на себя взглянув. Обернулась к Карлу. Сказала:
— Призвала я вас, друг любезный, дабы испросить вашего доброго совета...
Карл почтительно поклонился. Слуги распахнули шкаф, вытащили, расправили в руках платье, коего Карл ранее не видел.
— Что вы можете посоветовать к сему наряду? У Карла будто бы гора с плеч свалилась.
— Вы столь прекрасны, что затмите собою блеск любого предложенного мною украшения, сколь бы изысканным оно ни было! — произнес хранитель рентереи дежурный комплимент, вновь отвесив глубокий поклон.
Елизавета Петровна еле заметно улыбнулась.
— И тем не менее я просила бы вас подобрать мне к завтрашней посольской аудиенции какие-нибудь подобающие случаю драгоценности.
Подобрать к наряду украшения за остаток ночи было бы мудрено, столь много их хранилось в шкатулках да сундуках в рентерее царской, но Карл знал все их наперечет. И знал вкусы императрицы.
Тут же крикнули дежурного офицера, дабы он распорядился разослать по названным адресам посыльных. Что тот и исполнил. Скоро ворота дворца распахнулись настежь и из них выскочили, поскакав куда-то в ночь, верховые.
Заведенный царем Петром порядок ничуть не изменился — хоть и был Карл главным хранителем государевой сокровищницы, один туда попасть он не смел. Пришлось дожидаться других ключей.
Как все собрались, призвали караульного офицера и уж вместе с ним прошествовали к рентерее, подле двери которой, при ружьях и шпагах, стояли два преображенца.
Собрав воедино ключи, отомкнули один за другим три замка, причем неотлучно присутствовал караульный офицер. А уж распахнув дверь, да свечи запалив, внутрь все вместе вошли. Офицер, тот в двери задержался, дабы оттуда за ними за всеми приглядывать и — буде какой непорядок узрит — тревогу сыграть.
Карл нужный сундук нашел, отпер да первый ларец из него вынул. А из другого — другой... Ларцы в ряд составил, крышки раскрыл и, свечу близко поднося, всем, что в них хранится, показал, пояснения дав и вписав поименно в особый, хранящийся при карауле, журнал.
После чего ларцы замкнули и, приставив к ним солдат, понесли в покои государыни-императрицы. Карл при том следовал, глаз с ларцов не спуская...
Таков уж порядок. А ежели послабления дать, к примеру, не три, а два ключа заведя, — так ведь все шельмецы разворуют, все по ветру пустят, хоть головы за то руби! Такая страна!..
Утром во дворец аглицкий посол с грамотами и подарками прибыл. Покуда, аудиенции дожидаясь, томился, все по сторонам поглядывал, поскольку загодя наслышан был о богатстве русских царей.
И так то и было — редко какой европейский двор мог похвастать такой византийской роскошью.
А как призвали посла в залу к государыне-императрице, того и вовсе оторопь взяла от блеска драгоценных каменьев — бриллиантов да изумрудов с сапфирами, коими наряд ее усыпан был столь густо, что счесть их не представлялось возможным!
Поклонился посол аглицкий, грамоты передавая, да вокруг поглядел, дабы приметить всех тех, кто при русской государыне состоит, кто ближе иных к трону приближен, к кому первому она обращается. Через них-то, через фаворитов и фавориток, и надлежало ему большую политику делать, прельщая их сладкими речами и подарками.
Всех и каждого оглядел, с удивлением заметив, что не только у царицы, но и у всех подданных наряды сплошь в золоте и каменьях, а персты золотыми перстнями с бриллиантами унизаны, у иных — по нескольку штук на каждом, и на мизинцах даже!
И как понять, что при таких богатствах — на улицах Петербургских, кои он сквозь оконце кареты наблюдал, столько нищих и попрошаек?..
Как ушел посол, а за ним придворные, коим при вручении грамот быть надлежит, государыню Елизавету Петровну, под руки взявши, в гардеробную повели, где стали с нее наряды снимать!

Ильин Андрей - 300 лет спустя - 03. Слово дворянина => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга 300 лет спустя - 03. Слово дворянина автора Ильин Андрей дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу 300 лет спустя - 03. Слово дворянина своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Ильин Андрей - 300 лет спустя - 03. Слово дворянина.
Ключевые слова страницы: 300 лет спустя - 03. Слово дворянина; Ильин Андрей, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн