Колосов Игорь - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тут выложена бесплатная электронная книга Обретение счастья автора, которого зовут Вадецкий Борис Александрович. В электроннной библиотеке adamobydell.com можно скачать бесплатно книгу Обретение счастья в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или читать онлайн книгу Вадецкий Борис Александрович - Обретение счастья без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Обретение счастья = 355.52 KB

Вадецкий Борис Александрович - Обретение счастья => скачать бесплатно электронную книгу



OCR – Черновол В.Г.
«Обретение счастья»: Военное Издательство Министерства Обороны Союза ССР; Москва; 1956
Борис Александрович Вадецкий
Обретение счастья


ГЛАВА ПЕРВАЯ

Дом Лазаревых мало чем отличался от соседних – такой же обширный, с зеленоватыми стеклами узких окон, отдающих сумрачным покоем, с бревенчатыми при­стройками в глубине двора. Только сад был самым боль­шим в городе, с беседками, похожими на часовни, с виш­невыми чащами и глухими дорожками, напоминающими лесные просеки. Во Владимире, издавна славящемся са­дами, называли этот сад «сенаторским», вероятно потому, что, по провинциальным представлениям, именно такой разросшийся сад пристало иметь умершему на рубеже но­вого столетия сенатору Лазареву.
Сад спускался к подножию холма, на котором стояла, сверкая золочеными шарами куполов, небольшая призе­мистая церковь. Одичавший сад, как бы взяв в полон цер­ковь, тянулся яблоневыми ветвями к ветхому черному за­бору, который от времени накренился и кое-где лег. Вбли­зи высился монастырь и расходились венчиком улочки с шаткими дощатыми мостками. Почему-то именно здесь, на холме, поставили эту церквушку, как бы выделив из сонмища монастырских глав. Имение Лазаревых прикры­валось ею с холма, и когда солнце ударяло в купола, бе­лые отсветы лучей ложились, подрагивая, в саду на ска­мейках и в сонной заводи пруда. А в праздник, чуть начи­нали благовестить, натужно раскачиваясь, монастырские колокола, стаи галок, спасаясь от звона, летели сюда, и сад шумел, словно на ветру.
Сенатор Лазарев избрал себе уделом одиночество, не пожелав оставаться в столице. Говорили, будто обиды и распри укоротили его век. Правитель Владимирского на­местничества, он последние годы уже мало времени отда­вал делам. Со смертью сенатора поместье его заметно при­шло в упадок, дети разъехались, и в большом доме оста­лась только жена.
Сенатор прочил сыновьям нелегкую, но славную жизнь, если будут они держаться друг друга. До сих пор все шло, как он хотел: в один и тот же день покинули они отцовское поместье, вместе окончили морской корпус, вме­сте поступили на флот. Верный заповедям Петра, созда­теля русского флота, приверженец Ушакова, сенатор не помышлял об иной службе для сыновей. Средний уже хо­дил далеко на «Суворове» и, служа в Российско-американ­ской компании, немало пользы принес русским землям в Америке. О нем в семье говорили: «Михаил повидал Россию и в Старом, и в Новом Свете!»
Сыновья собирались у матери во Владимире, прибывая сюда из тех «забытых богом» мест, из Ситхи и с островов Океании, которые местный дьяк не нашел бы и на карте.
Сыновья съезжались на тройках под заливистый лай собак, с баулами, полными петербургских гостинцев, уста­лые с дороги, и в тишайшем Владимире быстро разноси­лась весть о приезде сенаторских сыновей. Дня через два один за другим направлялись в старый дом Лазаревых горожане. Шли чиновники и мастеровые, помещики и их слуги, одни – без стеснения на барскую половину, дру­гие – в людскую, ненароком увидеть приехавших. И тог­да в саду, если молодые приехали летом, начинались дол­гие, по началу чуть церемонные беседы с гостями. Мать сидела в беседке с вязаньем в руках, помолодевшая, в строгом платье с воланами, дремали няньки в сползших на лоб чепцах, престарелый учитель, он же гувернер, чинно взирал на гостей. Были среди них участники не столь дав­них сражений с французами, именитые ратники владимир­ского ополчения, друзья сенатора. Разговор шел обо всем, что порой нежданно для молодых Лазаревых могло инте­ресовать провинциалов: о последних днях Державина, о пребывании наших войск в Париже, о столичных ценах и о закладке новых судов на верфях, но больше всего–о плаваниях и путешествиях. Вероятно потому, что жизнь сена­торских сыновей вызывала представления о морских штор­мах, корабельных бедствиях и поисках неведомых земель. Случалось, кто-нибудь из гостей, мнивший себя про­свещенным в мореплаваниях, спрашивал:
– А скажите, Михаил Петрович, правда ли, что есть на свете земля, никем пока не найденная, с коей наша, грешная и обетованная, не может сравниться ни климатом своим, ни богатствами?..
– И будто открыта эта земля, но не нами, – подхва­тывал владимирский почтмейстер, местный книголюб, – держат ее в тайне. Земля эта – южный материк – шестой по счету, о существовании коего еще Аристотель утверж­дал, исходя из законов равновесия… Земля эта чудесная, там…
– Молочные реки и кисельные берега! – перебивал его Михаил Лазарев. – Португальский моряк Кирос так и рассказывал об этой якобы открытой им земле. Он на­звал один из Новогебридских островов Южной землей Ду­ха Святого, приняв сей остров за южный материк, и зало­жил город Новый Иерусалим, все, как подобает истому католику.
– Новый Иерусалим окажется… во льдах! – смеясь, говорил старший брат Андрей Лазарев. – Можно ли сом­неваться в том, что отнюдь не в тропиках лежит эта Юж­ная земля? Но доколе все изыскания открывателей будут овеяны духом волшебных сказок? Или так легче стре­миться к богатствам и чудесам, а втайне – к наживе? Купцам ведь нажива нужна, а не наука! А шестой мате­рик, повторяю, ледовый, если есть такой. И что ждет храб­рецов, которые пожелают туда проникнуть? Успокоитель­нее поверить Куку и не пытаться туда идти.
– Страсть-то! – вздыхала одна из нянек.
– Не обошлось и без участия морских разбойников в этих открытиях, – тихо, не повышая голоса, продолжал Михаил. – Английский корсар Френсис Дрейк объявил об открытии им южного материка. И что ж? В Голландии тут же в честь Дрейка выпустили медаль. Неизвестно, что дальше ждало Дрейка, но вскоре купец Якоб Лемер из Амстердама встал на его дороге. Он принял малоизвест­ный берег Огненной Земли за южный материк и заявил, что лежит сей материк в направлении к Новой Гвинее. Не подумайте, однако, что на этом кончились «открытия».
Южный материк искали позже Ротчеван, Лозье, думали, что он находится за сороковой параллелью. Спасибо Куку, он решил, что такого материка вовсе нет, избавил, может быть, на время от праздных выдумок…
– Как же так? – Почтмейстер поднял глаза, поняв, что в своих представлениях о Южной земле тоже дал ма­ху. – Но есть ли все же эта земля?
Михаил Лазарев с минуту молчал, как бы собираясь с мыслями.
– Много на сей предмет существует соображений: и потешных, и серьезных. Гаврила Андреевич Сарычев, на­пример, знаменитый мореход наш и гидрограф, не склонен верить Куку. Однако, повторяю, предмет этот требует больших раздумий…
Светлое, обычно открытое лицо его, полное, с больши­ми глазами и маленьким ртом, вдруг становилось насто­роженным. Как бы преодолевая нежелание говорить обо всем этом, потому что не раз приходилось убеждаться в бесплодности подобных разговоров, он добавил:
– По всей видимости, землю сию обретет страна, име­ющая сильный флот, моряки коей будут действовать не из ложного упрямства или стремления к наживе, а ради нау­ки и чести. А что есть сия земля, много предположений и догадок. Да не в ней, не в земле сей, видать, сейчас дело, а в государственных правителях да в моряках!
Невольно в речи его проскальзывало что-то назида­тельное и немного книжное. Ему хотелось пресечь надоев­шие и невежественные толки, поднимавшиеся каждый раз при упоминании об этой земле. Памятна была ему эпи­грамма, ходившая в Петербурге по поводу злополучных «открытий» южного материка.
Какая истине цена, Коли и эти вести ложны… И в мире есть земля одна, Открыть какую невозможно!
Раздражение вызывала в нем и тунеядческая мечта­тельность тех, кто грезил о новой земле как о прибежище скорбящих, как о неведомом земном рае, сулящем богат­ства и покой. А между тем, уже само плаванье к материку могло немало обогатить науку. Право же, для тех, кто мечтает как можно больше «разжиться» на этой земле, явится ударом, если южный материк, их Новый Иеруса­лим, окажется во льдах!
Младший Лазарев, Алексей, не вмешивался в разговор, но соглашался с братом: можно ли рассказать о всех труд­ностях открытия этой земли, если одна из трудностей в са­мом отношении царя и Адмиралтейства к этой великой задаче! Известно, что Крузенштерн и Сарычев давно пред­ставили свои предложения об организации экспедиции к Южному полюсу, в самые высокие широты, но морской министр маркиз де-Траверсе не спешит с решением. Да и ему ли, маркизу, торопиться опровергать Кука?
При дворе Алексею приходилось слышать и о сомне­ниях царя: стоит ли, мол, обрекать корабли экспедиции на неудачу и ронять престиж в тщетных попытках проверить заключения иноземных мореплавателей?
Подобный разговор в доме Лазаревых возникал не раз. Произошел он и в последний приезд братьев осенью 1818 года.
А на святки довелось приехать домой одному Михаилу Петровичу. Братья задержались в Петербурге. И тут по­лучил он вскоре после рождества два письма: одно – от Адмиралтейства, другое – от брата Алексея. Адмиралтей­ский департамент сообщал лейтенанту Лазареву о назна­чении его в экспедицию к Южному полюсу под началь­ством капитан-командора Ратманова; брат писал о том, что решение об отправке этой экспедиции, наконец, состоя­лось, ждут Ратманова, который после пережитого им ко­раблекрушения у мыса Скагена лечится в Копенгагене, и поговаривают о нем, Михаиле, как о командире одного из кораблей отряда.
Посыльный матрос отдыхал вместе с ямщиком за чаем в людской. За окном мело, не видно было ни беседок в саду, ни погребенной в снегах церквушки. Пофыркиванье лошадей, редкий галочий крик и звон ведра у колодца изредка нарушали морозную тишину. Михаил Петрович прочитал оба письма, стоя у запорошенного инеем окна, и не решился сказать матери, зачем вызывают его в сто­лицу. Как объяснить ей, что придется идти на поиски все той же неведомой Южной земли, о которой как-то беседо­вали они с гостями в саду? И легко ли скрыть, что путе­шествие может грозить гибелью.
Михаил открылся во всем сестре, передавая ей заботу о матери.
– Далеко ухожу. Может быть, надолго. Пути туда не ясны, но вернуться надо с честью,
– Что-то непонятное ты говоришь! – встревожилась сестра.
Ей недавно исполнилось двадцать четыре года. Помол­вленная с одним из соседей, она втайне стремилась бежать отсюда в столицу, уйти от вязкого однообразия здешней жизни. И только брат Михаил знал ее помыслы и сочув­ствовал ей.
– Непонятное? – повторил он. – Помнишь, как-то я рассказывал о южном материке? Вот и иду туда…
Она всплеснула руками. В широко открытых синих глазах мелькнуло недоверие и тревога. Но тут же, сдерживая себя, тихо спросила:
– Так просто это все? Уйти так далеко? – И добавила в раздумье: – Ветер, море, парус!..
Он засмеялся, обнял сестру; они долго стояли у окна, охваченные горестным чувством разлуки и вместе с тем гордости за то, что предстоит совершить. Уже ей казалось, что в чем-то она сейчас больше нужна брату, а ему, – что эта разлука только объединит их и сделает ее взрослее. Она всегда относилась к нему как к самому старшему бра­ту, хотя он был средний.
Потупившись, она попросила:
– Возыми меня с собой в Петербург. Я пробуду там до весны, а как вернусь, расскажу все маме.
В крещенские праздники на больших розвальнях, за­валенных сеном и шубами, весело, под звон бубенцов, от­правились в путь Михаил Петрович с сестрой, прижив­шийся посыльный матрос и ямщик, крепенький, бородатый старикашка в тулупе, закрывающем его с головой.
Мать, ничего не зная, проводила их до ворот и медлен­но побрела в церковь, чтобы постоять там в укромной ти­ши перед лампадами, отогревающими заледенелые иконы, и помолиться за сыновей.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Михаил Петрович снимал квартиру на Выборгской стороне, недалеко от храма Сампсона Странноприимца. Рядом текла Невка, на пустынных берегах ее матросы-инвалиды держали лодки для перевоза. В этом году зима стояла в Петербурге теплая, хлюпкая. Невка еще не за­мерзла, и всем, кто оказывался в отдалении от плашкоут­ного моста, приходилось пользоваться перевозом.
На рассвете Михаил Петрович с сестрой Машей, отпу­стив ямщика, ждали, пока подойдет лодка. Из-под доща­того навеса к ним вышел инвалид-лодочник и, признав офицера, сказал в замешательстве:
– Не знаю, как и быть, ваше благородие! Рано еще, Паюсов не выходил из дома.
Никто из лодочников не мог приступить к работе рань­ше старика Ивана Паюсова, старшего из них, так же как через Неву не смели начать перевоз, пока не проедет по мосту комендант города.
– А мы сами, – предложила Маша, оглядывая берег. Лазарев сбежал вниз по упругой, скованной ночным холодком дорожке, подтащил лодку. Он выпрямился и тут же увидел подле себя Паюсова. Старик спокойно прими­нал пальцем в трубке богородскую травку и ласково гля­дел на офицера. На черной тужурке его поблескивали большие медали екатерининского времени.
– Здравия желаю, ваше благородие, – неторопливо промолвил старик. – А я к вам, сударь Михаил Петрович, дело имею. Идемте, сам перевезу. – Он зажег трубку и, попыхивая ею, широким движением руки пригласил девушку в лодку. Другой лодочник принес вещи. Паюсов привычно взялся за весла, всматриваясь вдаль, где над холодной, недвижной рекой обозначился узкой полоской белесый нерадостный рассвет.
– Завьюжит скоро! Пора бы! Ох, уж и зима выдалась у нас, сударь. Неужто в Москве такая? Не понимают нас, северных жителей, не понимают и города нашего. Все в Москве, словно ранее господом богом уготовано, все к ме­сту, все ладно, и погода ко времени.
– Да ведь Москва-то сожжена… Не обстроилась еще, – подала голос Маша, почувствовав в словах стари­ка обидное снисхождение к тем, кто не живет в Петер­бурге. Словно издавна только северяне привычны к невз­годам. И почему-то подумала, что двухнедельный путь, проделанный ею из Владимира, в глазах Паюсова, на­верное, не больше прогулки.
– Знаю, что сожжена, милая барышня, – откликнул­ся старик. – Да только царь Петр знал, где город строить. Не Москва нам ныне указчица, не из Москвы пути в оке­аны ведут…
– Какое дело у тебя ко мне? – перебил его Михаил Петрович.
– Дело мое зачинается отсюда, из Петербурга, – также размеренно ответил старик. – Петербургу ныне пе­ред отечеством ответ держать, в такое плаванье собирает моряков, какого еще свет не видел.

Вадецкий Борис Александрович - Обретение счастья => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Обретение счастья автора Вадецкий Борис Александрович дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Обретение счастья своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Вадецкий Борис Александрович - Обретение счастья.
Ключевые слова страницы: Обретение счастья; Вадецкий Борис Александрович, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн